ТЮРЕМНАЯ  СУБКУЛЬТУРА

Эти марочки нарисованы 15-18-летними подростками в СИЗО. Никто из этих подростков не рисовал до тюрьмы. Некоторые из них сидят не впервые, но стали рисовать только здесь, в этот раз. И уже в этих первых попытках (отсканированы только более репрезентативные изображения) сразу же проступают черты тюремного «канона»: четкая «фоновая» очерченность линий, инфернальность, сквозящая не только в неотвязных подробностях тюремного интерьера, но даже в цветах. В этих изображениях еще много личного, в них сильно еще влияние детского, и все же как напоминают они рисунки взрослых заключенных.

Приведем в сравнение пару взрослых рисунков, волк нарисован Эдвардом Джеймсом, а лев – Майклом Л.Фуллвудом,  оба американцы.

Заключенный лепит, создает образ, которого ему недостает, он предпринимает гигантские усилия, чтоб его воплотить, но поскольку материя образа – его личные воспоминания, и поскольку воссозданы они фрагментарно, то и образ получается в результате как аппликация: что-то к чему-то приклеено, причем не совсем на подобающих местах, как это и бывает с тем, кто давно не видел Света. Вот почему тюремные ангелы – только падшие ангелы, пусть и будут они нарисованы в тысячу раз совершеннее помещенной здесь шутки-марочки. Вот почему и тюремные законы не воссоздают, а лишь пародируют тот утерянный рай правильных человеческих отношений, утрата которого в тюрьме ощущается как нигде более полно, нигде к ней так истово не стремятся, как в тюрьме, порождая восхитительные примеры праведности. Только возвышаются примеры эти над повседневными аппликациями перегибов и перенапрягов, которых куда как больше, как бы сильно не затмевали их шедевры подлинной человечности, которых, кроме как в тюрьме, быть может, часто и не найти…

 «Хранитель текстов»